ЦБС Ульяновска ВКонтакте ЦБС Ульяновска в Твиттере ЦБС Ульяновска в Инстраграм
ОБратная связь
Поиск по сайту
Вход

Вы здесь

"Случайно книга эта

Раскроется тобой, и вдруг в её листах...

Ты встретишь стих поэта!"

Д. ОЗНОБИШИН

Дворянин Симбирской губернии, воспитанник Московского благородного пансиона, современник Пушкина, Лермонтова, Тютчева, "поэт и полиглот", как называл его Н. Языков, востоковед, фольклорист, переводчик поэтов Запада и Востока. Таковы официальные сведения об оригинальном поэте Дмитрии Ознобишине, зафиксированные в статьях энциклопедий. Этот перечень даёт возможность оценить и масштаб личности, и широту интересов, и спектр поэтических пристрастий Дмитрия Петровича.

"Вслед за Пушкиным вышла на литературную арену целая дружина молодых талантов. Все они пошли по направлению, данному им Пушкиным", – писал Виссарион Белинский в статье о русской литературе.

В это, по его словам, "довольно значительное число дарований" золотого века русской поэзии критик безоговорочно включал и Дмитрия Петровича Ознобишина.

Но имя поэта, хорошо известное при его жизни, впоследствии стало забываться. Разбросанные по журналам и альманахам публикации его стихов не переиздавались. Перестали звучать в литературно-музыкальных салонах популярные некогда романсы на стихи Ознобишина.

Время, в которое творил Д. Ознобишин, В. Белинский называл "прекрасным" для литературы – она была "живой, разнообразной, богатой".

Он не потерялся в этой многоголосице. На его ранние опыты обратили внимание и ПВяземский и

A. Бестужев, а позднее – и Н. Языков, и ДДавыдов, и

B. Белинский. Сам же Дмитрий Петрович скромно отзывался о своих творениях: "Мне недоступен верх Парнаса. Там знатный лишь живёт народ"!

Провидение, однако же, не оставило поэта. XX век попытался восполнить упущенное. Его имя было возвращено потомкам. И обязаны мы знакомству с поэзией нашего земляка главной исследовательнице творчества Дмитрия Ознобишина – Татьяне Матэосовне Гольц. Сама она открыла это имя, будучи студенткой факультета востоковедения МГУ в 50-е годы. Защитила диссертацию по его творчеству, опубликовала сборники его стихов. Без преувеличения она посвятила поэту жизнь. Многое, что нам, читателям, теперь известно и доступно, – это её заслуга.

Книга из серии "Поэтическая Россия" "Д.П. Ознобишин. Стихотворения" вышла в 1992 году с подробной вступительной статьёй и примечаниями Т. Гольц. Она же и составитель этой книги – впервые изданного сборника поэта.

Современный читатель, наконец, смог не только узнать имя поэта с берегов Волги, но и представить лучшие образцы его лирики во всём многообразии. Дмитрий Петрович Ознобишин открывается как разносторонний одарённый поэт. Глубок его интерес к восточной культуре, он сам переводит с оригинала персидскую поэзию. Ознобишин – первый переводчик великих поэтов древнего Востока – Низами, Саади, он же составил первый персидско-русский словарь. Удивительно ли, что в организованных им в своём волжском имении школах для крестьянских детей изучался редкий персидско-таджикский язык -фарси?

Восточность его ранней лирики, приверженность к чувственным образам и мотивам ориентальной поэзии, несомненно, выделяет Ознобишина. Попав под очарование особого мира литературного этикета Востока, он сделал его достоянием читающей публики.

Без красавицы младой,

Без кипящего стакана

Прелесть розы огневой,

Блеск сребристого фонтана -

Не отрадны для души!

("Ода Гафица")

Или:

Люблю две розы огневые:

Их цвет напоминает мне

Мечты и радости живые,

Любовь – мгновенну, как оне;

Но третья роза мне милее

Без пурпурового огня,

Она день ото дня свежее,

И память сердца с ней вернее -

Закат нам жизненного дня.

("Три розы")

Ритмика, интонация, образность, нежность поэтического языка погружали читателя в пряную атмосферу Востока.

Тем не менее стихи писались в Поволжской глубинке, в Симбирской губернии, в родовом поместье отца, где Дмитрий Петрович и появился на свет в 1804 году.

Любимое живописное Троицкое, где "весело обширный дом стоит", уютный сад "природою развитый", богатая семейная библиотека... Привязанность к родным местам он сохранял всю жизнь – "с тем краем все поэта думы слиты". Недаром в письме к П. Вяземскому Д. Ознобишин называл себя "приволжским поэтом".

А увлечение Востоком... Конечно, это и дань особенностям романтической поэзии XIX века, но всё же у Ознобишина оно глубинное, почти мистическое.

Родители Дмитрия Петровича познакомились и поженились в Астрахани, где дыхание знойной Персии, Каспия ощущается остро, а колорит Востока тесно переплетён с русским бытом. Рано умершая мать будущего поэта – Александра Ивановна Варваци -была дочерью богатого грека, известного и благотворительностью, и приверженностью к своей балканской родине. Ознобишин генетически был открыт восприятию различных культур мира.

Поэт с берегов Волги воспринимал иноязычные культуры как общее достояние, находил общее единое в них, что могло сблизить разноплеменных людей. Создавалось ощущение, что Дмитрию Ознобишину определена была свыше участь – стать прочным связующим звеном между Европой и Востоком, всё лучшее передать потомкам. Он так писал в стихотворении "Поэт и светский человек":

Не современников хваленье

Его высокая мечта.

Потомству вверит он творенье,

Где блещет мыслей чистота.

Где в каждом звуке весь он дышит;

Где сильным, творческим пером,

Пылая дивных муз огнём,

Души великой повесть пишет.

Зоилов не сотрёт рука

Слова, что боги завещали!

Нет, ярко врежут их века

Бессмертья в вечные скрижали.

Иконография поэта непростительно мала. Единственное его изображение – только фотография с портрета, который не уцелел в огне пожара в Симбирске. На фотографии – человек с подчёркнуто респектабельной внешностью, очевидно, в тот период жизни, когда уже "смирён души истребительный жар". И можно только вслед за младшим современником Дмитрия Петровича, поэтом А. Баласогло воскликнуть: "Где Ознобишин, мой восточник, игривый, страстный, полный сил?" Он – в стихах:

Как свеж огонь твоих ланит!

В прозрачной чаше так, играя,

Вино душистое кипит;

Агат в очах твоих горит,

Любовь в сердцах воспламеняя.

Пред нежной шеи белизной

Ничтожен перлов блеск живой!

Но с этой красотой чудесной

Тебе рассудок дан в удел -

Ужель столь строгой, друг прелестный,

Ко мне он быть тебе велел?

Стихотворенье, названное "Упрёк" содержит в скобках обозначение и его жанра, и происхождения

- арабский мауль.

Конечно, не только стихотворные переводы были занятием Дмитрия Ознобишина. Жизнь собственного сердца рождала не подражание газелям (стихотворениям восточной лирики), а оригинальные, тонкие и волнующие стихи. Сила чувств в них привлекала и композиторов того времени – "Прости, на долгую разлуку", "Ясны очи, черны очи", "Меня обманула улыбка одна"... Неимоверно тяжело переживались глубоко эмоциональным поэтом его личные утраты. Рано ушла из жизни его Муза, его первая жена

- Елизавета Рогановская. Решившись жениться вновь лишь спустя 12 лет, он вскоре потерял и вторую – Терезу Сенявину. А ведь эти женщины были близкими людьми по увлечениям литературой, музыкой, темпераменту, были сами талантливы и привлекательны!

Не случайно темы рока, несовершенства мира всё больше притягивали Дмитрия Ознобишина, как будто предчувствия томили его. Это восприятие мира сближало его с гениальным Лермонтовым, младшим современником. Как перекликаются их стихи кавказского цикла! Русский восток – Кавказ – захватывает воображение Дмитрия Ознобишина, а для Лермонтова Кавказ становится поэтической родиной. И общее для поэтов – глубоко прочувствованный мир восточной поэзии.

Вот фрагмент из кавказской легенды "Нардзан" Дмитрия Ознобишина: Говорят, Кавказа кущи... Див коварный и могущий В древни годы обитал.

Мёртво было всё творенье! В вековом уединенье Презирал всё грозный Див.

Вот однажды ясным утром Рос сверкая перламутром, Плыла Пери в Джиннистан; Плыла в музыке небесной, Тёмно-бледен лик прелестной, Стройно-гибок тонкий стан.

И на Дива ненароком

Взгляд очей её потоком

С думой страстною упал.

Взгляд сей полн был чудной силой;

Встретил Див улыбку милой

И любовью запылал.

Как же тут не вспомнить Демона, "кого никто не любит", красавицу Тамару из лермонтовской поэмы! Тонкая перекличка существует между двумя стихотворениями – лермонтовским "Кинжалом" и ознобишинским "Турецким кинжалом". Текст последнего никогда не публиковался при жизни автора. Его стало можно прочесть лишь в сборнике, составленном Т.М. Гольц!

Исследовательница виртуозно сопоставляет эти стихотворения, и в этом сравнении – подтверждение высокой планки русской поэзии и преемственности её гражданского чувства.

Лермонтов:

Отделкой золотой блистает мой кинжал, Клинок надёжный, без порока; Булат его хранит таинственный закал, Наследье бранного востока.

Ознобишин:

Мой кинжал не блещет златом, Бирюзами не покрыт, Он красуется булатом, Полумесяцем извит. Чужд он роскоши восточной, Не сияет в жемчугах; Под чеканкой узорочной Скрыт он в бархатных нажнах. и т.д.

Но главное – "таинственный булат" Ознобишина (и этим заканчивалось стихотворение) жаждал мщения за смерть Лермонтова, как жаждала отмщения за смерть Пушкина муза Лермонтова!

В стихотворении "Друг милый! Над моей могилой не рыдай" ДП. Ознобишин, несомненно, обращается к образу М. Лермонтова.

Но с Симбирским краем, несмотря на манящий "яхонт южных ночей", "снежных гор дивный ряд", поэт не расстался.

Здесь он жил, творил, занимался общественной деятельностью. Его волновали проблемы крестьянской реформы, улучшение жизни крестьян, особенно образование их детей.

Он был уважаем, и его деятельность была практической – инспектировал училища Симбирской губернии, избирался почётным мировым судьёй... Его деятельная творческая натура находила себе применение в разных сферах жизни. Не оставлял литературную, научную деятельность. "Свои" стихи всё больше писались "на случай" – "Князю П.А. Вяземскому по прочтении стихотворения: Тому сто лет", "Наталье Александровне Дубельт, урождённой Пушкиной" и другие. Был среди них и цикл "Букеты" – мадригал симбирским дамам. Может быть, этот цикл навеян был воспоминаниями о собственной поэме с шутливой интонацией – "Селам, или Язык цветов"? "Коротенькой дамской ботаникой в стихотворной форме" назвал тогда поэму близкий друг и наставник в начале поэтического пути Д. Ознобишина С. Раич.

Шло время, многие друзья уходили, они вспоминались поэтом в стихах:

Кружок друзей его стал тесен;

Одни вдали, других уж нет!

Но вечен мир высоких песен,

И с ними вечно жив поэт!

("На память Дмитрия Владимировича Веневитинова", марта 15-го 1867 г.)

"Неприветная судьба" Ознобишина сделала Кавказ его последним приютом. Он умер в Кисловодске 2 августа 1877 года. По преданию тело поэта было привезено с Кавказа в любимое Троицкое, что близ нынешней Инзы нашего Симбирского-Ульяновского края. Какие пророческие строки прочтём в стихотворении Д. Ознобишина "Тоска по отчизне":

Невольно скорбь в мою теснится грудь! Всё вновь скользит на памяти безумной, И дальний край, и одинокий путь, И родина, и берег Волги шумной.

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Адреса страниц и электронной почты автоматически преобразуются в ссылки.
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA
Этот вопрос задается для того, чтобы выяснить, являетесь ли Вы человеком или представляете из себя автоматическую спам-рассылку.
CAPTCHA на основе изображений
Введите код с картинки

"Учение Маркса всесильно, потому что оно верно"

Три источника и три составных части марксизма (март 1913 г.)
ПСС, 5-е изд, т. 23, с. 43

"Честность в политике есть результат силы, лицемерие – результат слабости"

Полемические заметки (март 1911 г.)
ПСС, 5-е изд., т. 20, с. 210.

"…Материя есть объективная реальность, данная нам в ощущении…"

Материализм и эмпириокритицизм (февраль—октябрь 1908 г.)
ПСС, 5-е изд, т. 18, с. 149.

"Прямая политика – самая лучшая политика. Принципиальная политика – самая практичная политика"

Выборная кампания социал-демократии в Петербурге (18 января 1907 г.)
ПСС, 5-е изд., т. 14, с. 300.

"Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя"

Партийная организация и партийная литература (13 ноября 1905 г.)
ПСС, 5-е изд., т. 12, с. 104.